Россия как холодный Катар

Не человек для государства, а государство для человека

На протяжении российской истории государство слишком часто требовало от человека жертв, терпения, мобилизации, отказа от личного благополучия и готовности поставить государственные интересы выше собственных, тогда как обратный вопрос задавался значительно реже: что само государство обязано дать своему гражданину и почему гражданин огромной, богатейшей по природным ресурсам страны должен ощущать ценность принадлежности к ней не только эмоционально, исторически или культурно, но и совершенно материально?

Мне кажется, что этот вопрос должен стать одним из центральных вопросов будущей России.

Речь не идет о примитивном обещании раздать населению деньги от продажи нефти, потому что подобная политика могла бы быстро закончиться проеданием капитала и зависимостью людей от очередных бюджетных выплат. Речь идет о значительно более глубоком изменении отношений между человеком и государством, при котором гражданин становится реальным участником национального богатства, а государство постепенно превращает природные ресурсы, государственные активы и инвестиционный доход в капитал нынешних и будущих поколений.

Российский гражданин должен понимать, что его страна способна не только потребовать от него исполнения закона, уплаты налогов и выполнения гражданских обязанностей, но и дать ему безопасность, образование, здравоохранение, инфраструктуру, возможности для развития, капитал для начала самостоятельной жизни и реальное экономическое участие в богатстве государства.

Именно поэтому главным принципом предлагаемой модели я бы сформулировал следующее: не человек должен существовать ради государства, а государство существует ради человека и обязано создавать условия, при которых гражданин способен чувствовать себя победителем в собственной жизни, а не победителем над соседним государством, другим народом или политическим противником.

Россия пережила слишком много революций, войн, репрессий, экономических катастроф, массовой бедности и человеческих трагедий, чтобы очередное поколение снова услышало только требование терпеть ради какого-то прекрасного будущего. Если страна действительно богата, часть этого богатства должна становиться богатством ее граждан при их жизни.

Почему именно катар

Катар интересен прежде всего необычным соотношением между собственными гражданами государства и огромным количеством иностранных работников, участвующих в его экономике.

По оценкам программы Gulf Labour Markets, Migration and Population, основанным на официальной катарской статистике, число граждан Катара составляет лишь небольшую часть всего населения страны, тогда как подавляющее большинство проживающих там людей являются негражданами. Для 2020 года использовалась оценка примерно в 340 тысяч граждан при общей численности населения около 2,85 миллиона человек, причем важно понимать, что разбивка населения за этот период является именно демографической оценкой на основе официальных данных, а не цифрой, которую следует выдавать за прямой показатель переписи.

Однако общий масштаб совершенно очевиден: собственные граждане Катара являются небольшим меньшинством по отношению ко всему населению страны, а большая часть экономики функционирует при непосредственном участии иностранной рабочей силы.

Эти люди строят дома и дороги, работают в гостиницах, аэропортах, магазинах, больницах, инженерных компаниях, нефтегазовом секторе и тысячах других предприятий.

Катар, таким образом, чрезвычайно открыт для иностранной рабочей силы.

Но возможность приехать, жить и работать совершенно не равнозначна возможности стать гражданином.

Закон Катара № 38 от 2005 года предусматривает для обычной натурализации не менее 25 последовательных лет законного проживания, наличие законного источника дохода, хорошей репутации и знания арабского языка, причем даже выполнение этих условий сформулировано не как автоматическое право получить паспорт, а как возможность предоставления гражданства указом эмира.

Именно этот принцип, а не буквальную катарскую систему, я предлагаю обсудить применительно к России.

Гражданство как высокая привилегия

Очень показательно, что выражение, которое наиболее точно передает эту идею, появилось вовсе не в Катаре, а в американской правовой традиции.

В решении Верховного суда США по делу United States v. Manzi 1928 года была сформулирована известная фраза: «Citizenship is a high privilege», то есть «гражданство является высокой привилегией».

Мне кажется, что именно эта формулировка чрезвычайно точно передает отношение к гражданству, которое заслуживает обсуждения и в России.

При этом американскую систему не следует представлять как аналог предлагаемой модели. В современных Соединенных Штатах обычный путь натурализации для постоянного резидента в большинстве случаев связан с пятилетним периодом соответствующего статуса и выполнением других установленных законом требований, включая непрерывность проживания, физическое присутствие, требования good moral character, знание английского языка, основ истории и государственного устройства США и принесение присяги.

Поэтому из американского опыта я предлагаю взять не конкретный срок и не существующую процедуру, а саму идею отношения к гражданству как к высокой привилегии.

Для России формула могла бы быть еще более четкой: иностранец может получить право ходатайствовать о предоставлении российского гражданства, но само право подать такое ходатайство не означает права получить гражданство.

Это принципиальная разница.

Россия может быть максимально открыта для людей, которые хотят здесь работать, жить, инвестировать, создавать предприятия, учиться, заниматься исследованиями или строить карьеру, однако такая открытость совершенно не требует автоматического или даже относительно легкого предоставления гражданства.

Жить в россии можно десятилетия, не становясь гражданином

Мне представляется неправильной сама логика, согласно которой иностранный человек должен обязательно стремиться получить паспорт страны, чтобы иметь возможность нормально и долго в ней жить.

Почему нельзя создать совершенно другую систему?

Если человек соблюдает российские законы, имеет законный источник дохода, платит налоги и не представляет угрозы обществу, государство вполне может позволить ему жить в России десять, двадцать, тридцать или пятьдесят лет, работать, менять работодателя, создавать бизнес, покупать имущество в установленных законом пределах, пользоваться инфраструктурой, отправлять детей в школу, получать медицинскую помощь в соответствии с системой страхования и строить собственную жизнь.

Для этого могут существовать долгосрочные виды на жительство, постоянное резидентство, специальные визовые категории, статусы специалистов, инвесторов, предпринимателей, ученых, студентов и членов семей.

При этом человек не обязан становиться гражданином.

Более того, государство не обязано обещать ему гражданство только потому, что прошло определенное количество календарных лет.

Именно поэтому я пока не предлагаю устанавливать срок обычной натурализации в 20, 25 или 30 лет. Возможно, сама идея гарантированного пути «проживи определенное количество лет и получишь паспорт» является неправильной и нуждается в пересмотре.

Человек может проживать в России практически всю жизнь, быть уважаемым иностранным резидентом, пользоваться защитой российского законодательства и участвовать в экономике, однако гражданство остается совершенно отдельным вопросом.

Открытая страна с очень сложным гражданством

На первый взгляд эта концепция может показаться закрытой, хотя в действительности она позволяет сделать российскую миграционную политику значительно более открытой.

Если государство перестает рассматривать каждый долгосрочный вид на жительство как промежуточную ступень к паспорту, оно может гораздо смелее приглашать иностранцев.

Россия может сказать миру: приезжайте работать, создавайте предприятия, инвестируйте, получайте образование, занимайтесь наукой, стройте дома, открывайте рестораны, инженерные компании и технологические стартапы, живите здесь десятилетиями, если соблюдаете закон, и пользуйтесь полноценной защитой своих трудовых и имущественных прав.

Но российское гражданство является другой категорией отношений с государством.

И именно потому, что человек может нормально жить без гражданства, нет необходимости автоматически превращать многолетнее проживание в паспорт.

Россия в такой модели может стать очень открытой страной для законной жизни, труда и предпринимательства, но одновременно страной с исключительно сложной системой получения гражданства.

Эти две идеи совершенно не противоречат друг другу.

Иностранец не должен быть человеком второго сорта

Здесь необходимо провести очень четкую границу, потому что повышение ценности гражданства не должно означать унижение иностранного работника.

Если человек законно приехал в Россию, российское государство обязано защищать его жизнь, здоровье, собственность, заработную плату и человеческое достоинство, причем иностранный работник не должен превращаться в дешевую рабочую силу, которую можно запугать потерей визы, заставить работать без оплаты или лишить возможности сменить работодателя.

В этом отношении копировать недостатки некоторых трудовых миграционных систем было бы огромной ошибкой.

Катар, который долго критиковался за зависимость иностранных работников от работодателей, в последние годы проводил реформы трудового законодательства, включая изменение элементов системы kafala, расширение возможности менять работодателя и введение недискриминационного минимального размера оплаты труда. Международная организация труда одновременно отмечала как существенный прогресс, так и сохраняющиеся проблемы с практической реализацией трудовых прав.

Поэтому Россия должна взять из катарского опыта только то, что может оказаться полезным, а не копировать его целиком.

Иностранный работник должен иметь полноценные трудовые права, возможность защищаться в суде, менять работодателя на разумных условиях, получать заработанное и жить достойно.

Граница должна проходить не между человеком первого и второго сорта, а между универсальными правами человека и специальными правами гражданина.

Гражданство не имеет этнической принадлежности

Фраза «страна для своих граждан» может быть понята совершенно неправильно, если заранее не определить, что именно имеется в виду.

Я не предлагаю этническое государство и не считаю гражданство привилегией какой-либо национальности.

Если человек уже является гражданином России, совершенно неважно, кем были его предки, какой язык является для него родным, где родились его родители, какой он национальности, какой религии придерживается или каким образом его семья исторически оказалась в России.

Нынешние граждане должны быть абсолютно равны.

Нельзя создавать категории «настоящих», «старых», «новых», «коренных» или каких-либо менее полноценных граждан. После возникновения гражданства человек обладает тем же основным гражданским статусом, что и остальные.

Поэтому понятие «свои» в этой концепции имеет исключительно гражданско-правовое значение.

Свои - это граждане Российской Федерации.

Ребенок гражданина россии

Одним из основных принципов будущей системы можно было бы сделать сохранение гражданства по семейной линии.

Если хотя бы один из родителей является гражданином России, ребенок должен иметь возможность получить российское гражданство независимо от того, родился он в Москве, Владивостоке, Калифорнии, Сербии или любой другой точке мира.

Таким образом, рождение за границей само по себе не разрывает связь семьи с Россией.

При этом сам факт рождения на российской территории у двух иностранных родителей не обязательно должен автоматически означать получение полного российского гражданства, хотя здесь необходимо предусмотреть особые гарантии для детей, которые иначе могут оказаться лицами без гражданства, а также отдельные механизмы для людей, которые фактически выросли в российском обществе.

Особенно интересна другая категория, о которой необходимо говорить отдельно: человек может родиться в иностранной семье, не получить российского гражданства от родителей, однако после совершеннолетия осознанно связывать себя с Россией, иметь семейные корни, документированную историческую связь или иные реальные основания считать Россию своей родиной.

Такой человек не обязательно должен автоматически получать гражданство, однако государство может дать ему возможность вернуться, проживать в России и доказать эту связь собственной жизнью.

Право вернуться и проявить себя

Для людей, имеющих подтверждаемую семейную или историческую связь с Россией, можно создать особый миграционный статус, который позволит приехать в страну, получить специальную визу или вид на жительство и уже здесь проявить себя.

Это не должно быть автоматическим гражданством по происхождению через несколько поколений.

Однако государство может предоставить человеку возможность вернуться, изучить язык, работать, получить образование, создать бизнес, участвовать в общественной жизни и показать своими действиями, что его связь с Россией является реальной, а не формальной попыткой приобрести выгодный паспорт.

После этого такой человек сможет ходатайствовать о предоставлении гражданства.

Опять же, ключевое слово здесь - ходатайствовать.

Происхождение или историческая связь могут открыть человеку дверь для возвращения в страну и предоставить особые возможности для проживания, но не должны автоматически подменять гражданство.

Брак с гражданином россии требует отдельного обсуждения

Семья является реальной и глубокой связью со страной, поэтому полностью игнорировать брак при рассмотрении вопроса о гражданстве было бы неправильно.

Однако слишком быстрый путь через брак неизбежно создает рынок фиктивных браков.

Поэтому этот вопрос я пока сознательно не предлагаю закрывать одной цифрой.

Можно обсуждать длительный период реального брака, например пять лет или больше, совместное проживание, наличие детей, отсутствие фиктивности и другие объективные обстоятельства, однако даже после выполнения таких условий речь может идти прежде всего об особом праве ходатайствовать о гражданстве, а не о механическом обязательстве государства его предоставить.

Здесь необходимо изучить опыт государств с наиболее строгими системами натурализации и выбрать модель, которая одновременно защищает семью и не превращает брак в рынок паспортов.

Особые заслуги перед страной

Даже при очень сложной обычной натурализации государство должно иметь возможность предоставить гражданство человеку, который принес России исключительную пользу.

Это может быть выдающийся ученый, врач, инженер, изобретатель, предприниматель, деятель культуры, специалист мировой квалификации или человек, совершивший исключительный поступок в интересах страны и общества.

Подобные механизмы существуют даже в государствах с очень строгими системами гражданства.

Однако здесь особенно важно избежать коррупции.

Если гражданство становится высокой привилегией, оно не может одновременно продаваться через нужные знакомства, непрозрачные комиссии или личные решения чиновников.

Каждое исключительное предоставление гражданства должно иметь понятное юридическое основание, а сама система должна быть построена так, чтобы общество понимало, за что человеку была предоставлена такая привилегия.

Если человек сам отказался от российского гражданства

Еще более сложный вопрос возникает, когда человек добровольно отказался от российского гражданства, а спустя годы решил его вернуть.

Автоматическое восстановление здесь кажется несправедливым по отношению к самой идее высокой ценности гражданства.

Если человек сознательно, добровольно и без принуждения отказался от российского гражданства, государство вправе спросить, почему он принял такое решение, что изменилось впоследствии и почему теперь считает необходимым снова стать гражданином.

Совершенно другой случай возникает, если отказ был вынужденным, например из-за требований законодательства другой страны, угроз, политических обстоятельств, семейной ситуации или иных объективных причин.

Поэтому эти категории нельзя смешивать.

Возможно, для бывших граждан, сознательно отказавшихся от российского гражданства, следует создать особую процедуру восстановления с обязательным мотивированным рассмотрением и полноценным судебным контролем, чтобы решение не зависело от настроения чиновника.

Я пока не предлагаю окончательной конструкции такого механизма, потому что здесь действительно слишком много юридических и человеческих ситуаций, которые необходимо рассмотреть отдельно.

Катар показывает не только отношение к гражданству

Главная причина, по которой катарская модель вообще привлекает внимание, заключается не только в сложности получения паспорта, но и в огромном объеме ресурсных доходов государства относительно небольшого числа его собственных граждан.

Бюджет Катара на 2025 год предусматривал 197 млрд катарских риалов доходов, из которых 154 млрд приходились на нефтегазовые поступления, то есть примерно 78 процентов всех доходов. Для 2026 года официально прогнозировались 199 млрд риалов общих доходов, из них 155 млрд нефтегазовых.

Если провести исключительно иллюстративный математический эксперимент и разделить 154 млрд риалов нефтегазовых доходов 2025 года примерно на 340 тысяч оценочных граждан, получится более 450 тысяч риалов на одного гражданина.

Это не означает, что каждому гражданину Катара государство ежегодно перечисляет такую сумму.

Подобное утверждение было бы неправильным.

Такой расчет нужен исключительно для понимания масштаба государственного ресурсного денежного потока относительно небольшого числа собственных граждан.

Из этих денег финансируются инфраструктура, образование, здравоохранение, государственный аппарат, инвестиционные программы и множество других расходов.

Но само соотношение впечатляет.

Россия не катар, и это нужно признать сразу

Россия находится в совершенно другой ситуации.

По данным Министерства финансов, нефтегазовые доходы федерального бюджета России в 2024 году составили 11,131 трлн рублей, а ненефтегазовые доходы - 25,576 трлн рублей. Общие доходы федерального бюджета составили примерно 36,7 трлн рублей, тогда как расходы превысили 40 трлн рублей.

Россия при этом должна обеспечивать совершенно другой масштаб населения, территории и инфраструктуры.

У нас более ста миллионов граждан, тысячи населенных пунктов, северные территории, огромная транспортная сеть, медицина, образование, пенсионная система, промышленность, сельское хозяйство и множество других государственных обязательств.

Поэтому нельзя говорить: «У Катара есть газ, значит Россия должна просто сделать то же самое, и каждый россиянин станет таким же богатым».

Нет.

Математика намного сложнее.

Обещание превратить каждого гражданина России в катарского рантье было бы экономическим популизмом.

Но невозможность скопировать катарскую математику совершенно не означает, что Россия не способна использовать сам принцип.

От природного ресурса к капиталу граждан

Нефть, которую добыли и продали сегодня, уже никогда не вернется в недра, однако полученные от нее деньги можно превратить в финансовый актив, который продолжит приносить доход через десять, двадцать или пятьдесят лет.

То же самое относится к газу, металлам и другим невозобновляемым ресурсам.

Поэтому государство должно стремиться не просто финансировать текущие расходы ресурсными поступлениями, а систематически обменивать часть исчерпаемого природного капитала на долгосрочный финансовый капитал.

Россия уже обладает Фондом национального благосостояния, поэтому сама идея государственного накопления капитала не является чем-то принципиально новым.

Но я предлагаю существенно изменить философию этой системы.

Гражданин должен понимать, какую часть национального богатства государство сохраняет для него и будущих поколений, сколько этот капитал заработал и какие конкретные возможности он создает.

Национальный фонд граждан россии

Рабочее название такой системы может звучать как Национальный фонд граждан России, хотя окончательное название, структура и его отношения с существующим Фондом национального благосостояния должны обсуждаться отдельно.

Фонд мог бы получать установленную законом долю ресурсных доходов, доходы от государственных активов, дивиденды государственных компаний, инвестиционную прибыль и, возможно, другие виды поступлений, которые общество признает частью национального капитала.

При этом я предлагаю рассматривать значительно более широкую идею, чем простое распределение нефтегазовой ренты.

Почему гражданин должен участвовать только в нефтяном богатстве страны, если государство обладает множеством других активов?

Если государство получает прибыль от использования национальных ресурсов, государственных предприятий или инвестиционных активов, гражданин должен понимать, каким образом часть этого богатства работает непосредственно на него.

10 или 20 процентов - не обещание, а вопрос для расчета

Можно обсуждать модель, при которой в долгосрочной перспективе определенная доля национального дохода или определенной части государственных доходов, например 10 или даже 20 процентов, направляется на капитал и непосредственное благосостояние граждан.

Но я специально не хочу превращать эти цифры в популистское обещание.

Сначала экономисты должны определить, какую долю реально способен выдерживать бюджет, какие поступления вообще следует считать распределяемым национальным доходом, сколько средств необходимо сохранять для инвестиций, инфраструктуры, образования, здравоохранения, безопасности и других необходимых функций государства и как обеспечить устойчивость системы в периоды экономических кризисов или падения цен на сырье.

Возможно, первоначальная доля должна быть значительно меньше.

Возможно, в успешные годы она сможет увеличиваться.

Но сам принцип должен существовать и быть понятным людям.

Рост национального богатства должен постепенно означать рост капитала граждан.

Персональный национальный счет

У каждого гражданина может существовать персональный национальный счет, на котором отображается его участие в общем капитале страны.

Это не обязательно должен быть обычный банковский счет, с которого все деньги разрешено немедленно снять и потратить.

Часть национального дохода может выплачиваться непосредственно, часть оставаться инвестированной, а часть использоваться гражданином для определенных жизненно важных целей, например образования, покупки первого жилья, лечения, создания собственного бизнеса, рождения и воспитания детей или формирования дополнительной пенсии.

Человек должен видеть эту сумму.

Он должен понимать, сколько средств накоплено в его пользу, какую доходность они принесли и каким образом формируется этот капитал.

Тогда выражение «природные богатства России принадлежат народу» перестает быть абстрактной декларацией и приобретает конкретный экономический смысл.

Ребенок рождается не только с паспортом, но и с долей в будущем страны

Представим ребенка, который рождается гражданином России.

Вместе с гражданством государство открывает ему персональный национальный инвестиционный счет.

Пока ребенок растет, часть национального инвестиционного дохода постепенно накапливается.

К моменту совершеннолетия он получает не просто паспорт, а определенный стартовый капитал и набор экономических возможностей.

Он сможет направить часть средств на образование, первый дом или создание предприятия, однако другая часть может продолжать работать на его будущую пенсию.

Размер такого капитала должен зависеть от реальных возможностей государства, результатов инвестирования и экономического положения страны, поэтому никто не должен обещать фантастических сумм.

Но сама конструкция принципиально меняет отношение человека к государству.

Гражданство перестает быть только документом.

Оно становится участием в будущем страны.

Коррупция тогда становится кражей у каждого

Одним из наиболее интересных последствий такой модели может стать совершенно другое отношение общества к коррупции.

Сегодня сообщение о том, что чиновник украл миллиард рублей государственных средств, для огромного количества людей остается довольно абстрактной новостью: деньги были «государственными», а значит психологически как будто ничьими.

Если же гражданин понимает, что государственный капитал влияет на его персональный национальный счет, региональный дивиденд, образование его ребенка или будущую пенсию, украденный миллиард внезапно превращается в совершенно понятную вещь.

Это уже деньги, которые могли работать на миллионы конкретных граждан.

Именно поэтому экономическая заинтересованность общества может стать значительно более мощным антикоррупционным механизмом, чем очередная государственная кампания с лозунгами о честности.

Граждане начинают следить за государственными контрактами не потому, что им сказали быть патриотами, а потому, что государственные деньги становятся экономически ощутимо их деньгами.

Если чиновник украл миллиард, это уже не абстрактный «государственный миллиард», а капитал, который мог увеличить фонд граждан.

Если муниципалитет из-за коррупции построил дорогу втрое дороже, люди должны иметь возможность увидеть, сколько это стоило обществу.

Если регион уменьшил потери, коррупцию и преступность, экономический результат такой работы тоже должен становиться видимым.

Преступность, ущерб и гражданский дивиденд

Здесь возникает еще один сложный вопрос, который необходимо вынести на открытую дискуссию.

Если государство или отдельный регион тратит огромные средства на последствия преступности, вандализма, коррупции, разрушенного имущества и постоянного восстановления того, что было уничтожено преступными действиями, общество должно видеть стоимость этих потерь.

Однако я не считаю правильным автоматически наказывать всех жителей региона уменьшением их базового национального капитала только потому, что преступление совершил кто-то другой.

Это превратилось бы в коллективную ответственность.

Гораздо интереснее система, при которой существует базовая общегражданская доля, а дополнительная часть регионального дивиденда может зависеть от эффективности управления, экономического роста, сокращения потерь, снижения преступности и экономии государственных средств.

Тогда регион, которому удалось законно и безопасно уменьшить расходы на последствия преступности, может направить часть сэкономленных средств непосредственно людям, в общественную инфраструктуру или на увеличение регионального капитала.

Что касается самого преступника, вопрос о взыскании причиненного ущерба с его доходов или иных активов должен решаться исключительно на основании закона и решения суда, быть соразмерным причиненному ущербу и не превращаться в инструмент произвольного лишения человека собственности.

Почему гражданство и национальный капитал связаны между собой

Именно здесь становится понятным, почему в предлагаемой модели получение гражданства должно быть столь сложным.

Если российское гражданство означает не только право голосовать и иметь паспорт, но и участие в огромном национальном капитале, доступ к гражданскому дивиденду, персональному инвестиционному счету и другим экономическим преимуществам, государство обязано относиться к предоставлению такого статуса чрезвычайно серьезно.

Человек, который приехал работать, получает зарплату, трудовые права, безопасность и возможность строить собственную жизнь.

Предприниматель получает возможность вести бизнес и зарабатывать прибыль.

Инвестор получает доход от своих инвестиций.

Ученый получает возможность заниматься исследованиями.

Иностранный резидент получает возможность жить в стране столько, сколько позволяет его законный статус и соблюдение установленных требований.

Однако гражданин одновременно становится постоянным участником национального капитала.

Именно поэтому гражданство можно рассматривать как высокую привилегию.

Получить гражданство должно быть трудно, но не произвольно

Чем сложнее получение гражданства, тем важнее правовое государство.

Высокая привилегия не должна означать право чиновника по своему настроению решать, кто достоин паспорта, а кто нет.

Если Россия когда-либо решит двигаться в сторону такой модели, критерии должны быть открытыми, процедуры понятными, решения мотивированными, сведения о специальных исключениях прозрачными, а действия государственных органов должны подлежать судебному контролю.

Можно сделать гражданство чрезвычайно редким, не превращая его в коррупционный товар.

Можно дать государству возможность отказать заявителю, не позволяя чиновнику действовать без объяснения причин.

Можно признать гражданство высокой привилегией и одновременно обеспечить человеку право на честное рассмотрение его ходатайства.

Право ходатайствовать о предоставлении гражданства не является правом получить гражданство, однако право ходатайствовать должно означать право быть услышанным государством в рамках честной и прозрачной процедуры.

Иностранные работники не должны заменять граждан дешевой рабочей силой

Открытая трудовая экономика имеет смысл только тогда, когда она увеличивает общее благосостояние.

Если предприниматель привозит иностранного работника исключительно для того, чтобы заплатить ему значительно меньше гражданина России, заставить работать в худших условиях и таким образом искусственно снизить стоимость труда на рынке, подобная модель не отвечает интересам российского общества.

Поэтому для одинаковой работы должны действовать одинаковые основные трудовые стандарты.

Иностранец должен расширять экономику, закрывать реальный кадровый дефицит, приносить знания, труд и предпринимательскую энергию, а не использоваться как средство постоянного давления на заработную плату граждан.

Тогда возникает взаимная выгода: иностранный работник получает зарплату и возможности, гражданин России получает растущую экономику и национальный капитал, предприниматель получает необходимые кадры, а государство получает налоги и развитие производства.

«все работают на граждан россии» - что это должно означать

Эту фразу легко понять неправильно, поэтому необходимо сразу определить ее смысл.

Она не означает, что иностранный человек является слугой гражданина России.

Она не означает национального или этнического превосходства.

Она не означает эксплуатации мигрантов.

Речь идет об устройстве государства и конечной цели экономической политики.

Российское государство существует прежде всего в интересах своих граждан.

Если иностранный предприниматель открывает завод и нанимает тысячу человек, российское общество получает производство, рабочие места, технологии и налоги.

Если иностранный инженер помогает построить электростанцию, граждане получают инфраструктуру.

Если иностранный строитель возводит жилье, увеличивается жилищный фонд страны.

Если иностранный врач работает там, где не хватает специалистов, выигрывают пациенты.

Если иностранный ученый или предприниматель создает технологическую компанию, экономика получает знания, инвестиции и налоги.

Иностранный специалист при этом тоже выигрывает, потому что он получает заработок и возможности, ради которых добровольно приехал.

Это не отношения хозяина и слуги.

Это нормальный взаимовыгодный обмен.

Вот что я понимаю под словами «экономика работает на граждан России».

Россия для своих граждан и открыта для мира

Эти две идеи совершенно не противоречат друг другу.

Россия может быть страной своих граждан и одновременно одной из наиболее открытых экономик мира.

Она может сказать миру: приезжайте работать, инвестировать, создавать предприятия, строить, исследовать, учиться, зарабатывать и жить по российским законам.

Государство должно защищать ваши права, собственность и человеческое достоинство.

Но российское гражданство является отдельной ценностью.

Оно не должно быть автоматической наградой за несколько лет проживания.

Оно означает принадлежность к государству, участие в его политической жизни и, в предлагаемой мной модели, особое участие в накопленном национальном богатстве.

Россия не может стать катаром и не должна

У России совершенно другой масштаб.

У нее более ста миллионов граждан, огромная социальная инфраструктура, десятки тысяч населенных пунктов, северные территории, сельское хозяйство, промышленность, сложнейшая транспортная сеть и пенсионная система.

Поэтому обещание превратить каждого россиянина в катарского рантье было бы экономическим популизмом.

Одних нефтегазовых денег для этого недостаточно.

Но Россия вполне способна взять отдельные принципы.

Первый принцип заключается в том, что природное богатство должно создавать долгосрочный капитал.

Второй - гражданство должно иметь ощутимую политическую, правовую и экономическую ценность.

Третий - страна может быть широко открыта иностранным работникам, предпринимателям и специалистам, не превращая временную или постоянную миграцию в автоматическую натурализацию.

Четвертый - иностранная рабочая сила должна помогать расширять экономику, а не использоваться для снижения заработной платы граждан и создания бесправного класса работников.

Пятый - иностранцы должны быть защищены законом и пользоваться уважением к их человеческому достоинству независимо от отсутствия российского гражданства.

Шестой - конечным результатом экономического роста должно быть повышение благосостояния граждан.

И седьмой - чем более ценной становится принадлежность к государству, тем более правовым, прозрачным и подконтрольным обществу должно становиться само государство.

Это предложение, а не готовый закон

Я специально подчеркиваю, что эта статья не является предложением завтра принять закон именно в таком виде.

Я не утверждаю, что срок натурализации обязательно должен составлять 25 или 30 лет.

Я не утверждаю, что пять лет брака являются правильным сроком для особого рассмотрения вопроса о гражданстве.

Я не утверждаю, что именно 10 или 20 процентов бюджета или государственных доходов необходимо распределять между гражданами.

Я не считаю окончательно решенным вопрос о возвращении гражданства людям, которые когда-то добровольно от него отказались.

Я не утверждаю, что уже найдена идеальная конструкция персонального национального счета.

Все это необходимо считать, моделировать и обсуждать с экономистами, юристами, специалистами по демографии, миграции, государственным финансам и конституционному праву.

Но я предлагаю изменить сами вопросы, которые мы задаем государству.

Вместо вопроса о том, как государству получить еще больше от человека, следует спросить: как человеку получить больше от собственного государства?

Вместо вопроса о том, сколько иностранных работников разрешить, следует спросить: как сделать так, чтобы открытая миграционная экономика увеличивала благосостояние граждан России и одновременно обеспечивала достойную жизнь иностранным работникам?

Вместо вопроса о том, как проще выдавать гражданство, следует спросить: какую ценность представляет российское гражданство и почему государство должно предоставлять эту высокую привилегию?

Вместо абстрактной фразы «Россия богата природными ресурсами» следует спросить: какая часть этого богатства в конечном итоге становится капиталом конкретного гражданина?

Холодный катар не должен копировать катар

Катар не является идеальной моделью и не должен превращаться в инструкцию для России.

Его население, территория, политическая система, экономика и история совершенно иные.

У Катара есть собственные проблемы и противоречия, а его трудовая система подвергалась серьезной международной критике и впоследствии реформировалась.

Но полезная идея состоит не в копировании Катара.

Она заключается в осознании того, что гражданство может иметь огромную ценность, что государство может быть широко открыто для международного труда без автоматического расширения корпуса граждан и что природная рента может превращаться в долгосрочный национальный капитал.

Россия должна создать собственную систему.

Страна, в которой гражданин чувствует себя победителем

Я хочу, чтобы российский гражданин чувствовал себя победителем не потому, что где-то проиграл другой народ, не потому, что государство захватило очередную территорию и не потому, что телевизор объявил очередную историческую победу.

Человек должен чувствовать себя победителем потому, что он живет в безопасном доме, способен получить хорошее образование, может открыть свое дело, знает, что суд защитит его от чиновника, видит собственную долю национального капитала, получает достойную пенсию, не боится завтрашнего дня и понимает, что государственное богатство существует не где-то далеко от него, а действительно улучшает жизнь его семьи.

Поколения людей строили эту страну, защищали свои семьи, работали на ее предприятиях, осваивали огромную территорию, добывали ресурсы, создавали города, дороги, университеты, научные школы и культуру.

Россия пережила войны, революции, репрессии, распады государства, экономические катастрофы и огромные человеческие потери.

Поэтому потомки людей, которые сохраняли и строили эту страну, имеют право хотя бы однажды почувствовать себя победителями не над другим народом и не на поле войны, а в собственной повседневной жизни, когда гражданство означает безопасность, достоинство, возможность развиваться и реальное участие в богатстве своей страны.

Может быть, пришло время изменить сам принцип отношений между гражданином и государством.

Не гражданин является собственностью государства.

Государство является инструментом граждан.

Природное богатство существует не для красивых государственных отчетов.

Оно должно постепенно превращаться в человеческое богатство.

Россия может оставаться открытой для всего мира.

Можно приезжать сюда учиться, работать, создавать бизнес, инвестировать, жить десятилетиями и становиться частью российской экономики.

Но гражданство должно означать нечто большее.

И если российское гражданство действительно означает пожизненное участие человека в национальном капитале, политической жизни и будущем страны, тогда совершенно логично относиться к возможности его получения как к высокой привилегии, которую государство предоставляет редко, осознанно и только после серьезного рассмотрения.

Россия не станет Катаром.

И ей не нужно становиться Катаром.

Она может построить собственную модель - модель открытой экономики, защищенных прав человека, сильного правового государства, высокой ценности гражданства и реального участия граждан в национальном богатстве.

И тогда выражение «Россия как холодный Катар» перестанет означать сравнение двух совершенно разных стран.

Оно будет означать идею России, богатство которой наконец измеряется не только количеством добытой нефти, экспортированного газа, золота, леса, территории или триллионов рублей государственного бюджета, а свободой, безопасностью, возможностями и благосостоянием граждан России.

Виталий Атаев-Трошин 30 сентября 2026 года